Украина не последняя, на очереди Белоруссия, а затем и Россия

Югославский сценарий для постсоветского пространства

Беседа с руководителем Центра по изучению современного балканского кризиса Института славяноведения РАН, доктором исторических наук Еленой Юрьевной Гуськовой.

Сергей Пантелеев (С. П.) Елена Юрьевна, Вы были одним из тех немногих российских экспертов, которые не только прогнозировали возможность развития ситуации на Украине по югославскому сценарию, но и были уверены в том, что все закончится с подобным же результатом. Можно ли сегодня говорить, что Ваш прогноз сбылся?

Елена Гуськова (Е. Г.) Да, действительно, мой прогноз сбылся. Югославский вариант смены власти в конце октября — начале ноября 2000 года был для Запада успешным. Он показал очень хорошие результаты, его почти без изменения применили в Грузии, где результата удалось достичь достаточно быстро. За этим стоит очень большая подготовка. В Югославии поменять власть пытались давно, однако не получалось. Тогда в октябре 2000 г. разработали новый вариант более детально. Он осуществлялся на деньги Запада, при полном контроле и тщательной проработке деталей — информационная поддержка, дипломатическая интервенция, активизация международных организаций. План состоял из двух частей. Сначала планировалось поддержать оппозицию, создав антиправительственное общественное мнение, запугав правящую коалицию, пригрозив ей еще более жесткими санкциями. Так, Мадлен Олбрайт заранее оповестила общественность, что Слободан Милошевич обязательно «украдет» голоса избирателей. Высокий функционер Стейт-департмента заявил, что США до 24 сентября не будут выступать с официальной инициативой о пересмотре статуса Югославии в ООН. Но если Слободан Милошевич не признает результаты выборов, то США потребуют исключить Югославию из ООН. Испанский генерал Джуан Ортунио, командующий международными силами в Косове, сказал 11 сентября, что Президент Югославии Слободан Милошевич будет арестован, если во время предвыборной кампании появится в Косове. 12 сентября в Нью-Йорке состоялось заседание министров иностранных дел 12 стран Юго-Восточной Европы, на котором присутствовали Мадлен Олбрайт и Мило Джуканович. На нем рассматривалась возможная «тактика» Слободана Милошевича и ответные действия Запада. Кроме решения поддерживать оппозицию, обсуждалась также вероятность применения силы против Черногории Слободаном Милошевичем и ответная реакция Запада на это.

Если же оппозиция не сможет победить в первом круге, то вступал в силу второй этап плана — брожения в самой Сербии. Они тоже тщательно готовились. За 10 месяцев до выборов глава германской дипломатии Йошка Фишер вместе с госсекретарем США Мадлен Олбрайт тайно собрал в одном из помещений отеля «Интерконти» на берлинской Будапестерштрассе наиболее видных представителей югославской оппозиции. Участники этой почти конспиративной встречи договорились о кандидатуре на президентский пост тогда еще малоизвестного Воислава Коштуницы. Через некое бюро в Будапеште в страну было негласно переведено 30 миллионов долларов, в основном из США, чтобы снабдить оппозицию перед выборами компьютерами, телефонами и другим необходимым. Подготовка молодёжных отрядов «Отпор» проходила в Венгрии. Местная власть 40 оппозиционных сербских городов под видом партнёрских связей и гуманитарной акции снабжалась деньгами и обучалась приёмам оппозиционной деятельностью непосредственно из Германии. Широко, но «очень и очень тайно» оказывалась поддержка и оппозиционным югославским СМИ. Газеты снабжались бумагой, некоторые небольшие издания получили даже печатную технику, а местные радио- и телестанции — современные передатчики, бесплатный доступ к западным информационным агентствам. Стояла задача не пустить выборы на самотёк. Одновременно готовилось общественное мнение Европы и Америки, для которого четко противопоставлялась демократия оппозиции и диктатура власти. Еще не были объявлены даже предварительные результаты выборов и Коштуница объявил себя победителем. Запад сразу поддержал его, признав президентом СРЮ, и одновременно потребовал от Слободана Милошевича покинуть свой пост, хотя Избирком объявил о проведении второго круга выборов. Оппозиция не признала обнародованные комиссией данные и призвала народ к акции неповиновения. На митинге в Белграде Воислав Коштуница заявил, что не будет участвовать во втором туре голосования. Оппозиция начала акцию гражданского неповиновения. Во многих городах Сербии прошли митинги и манифестации в поддержку Воислава Коштуницы. Из провинции в столицу потянулись автобусы с манифестантами. Затем в Сербии началась всеобщая забастовка. Демонстранты штурмом захватили здание парламента, подожгли его, уничтожает все избирательные бюллетени, одновременно подожгли телецентр. Запад назвал события в Сербии революцией, приветствовал «свержение режима Милошевича» и пообещал снять санкции. Коштуница объявил себя президентом страны.

Успешный для Сербии сценарий позже применили в Грузии. Отряды молодых ребят, носившие такое же название «Отпор» и снабжённые такой же символикой, проходили подготовку в Сербии. После Грузии было совершенно очевидно, что на очень важных для Украины выборах там также будет применена та же методика. Эта методика особо эффективна тогда, когда результаты выборов идут «нога в ногу», или «плечом к плечу», как говорят на Балканах, когда разница небольшая, и когда можно «качать права» по поводу того, что несколько процентов друг у друга кто-то украл. Или когда неясны результаты выборов. Эта методика включает в себя, прежде всего, выход на улицы, постоянные митинги и блокирование дорог. А также требования, которые не просто высказываются, а которые с каждым днем усиливаются. И в результате выливаются в определенную программу, за которой — «ни шагу назад». Вот эта самая методика была очень активно применена на Украине, и даже имела в определенной степени свое развитие. В частности, это — палаточные городки, потому что уже был мороз, было холодно, чего не было в Сербии и Грузии, или, например, помеченные одним цветом отряды протестантов. Потому что в Сербии, допустим, это были плакаты, нарукавные повязки, а здесь уже пошли дальше, но это очень небольшие отличия. Важно ведь то, что за всеми этими процессами совершенно теряются легитимные результаты выборов. Ведь и в Сербии произошло так, что оппозиция не победила, но сразу же себя объявила победителем. То же самое произошло и на Украине. Официальные результаты выборов полностью отвергались, и до сих пор уже, несколько недель, оппозиция провозглашает себя победившей на этих выборах.

(С. П.) А как, по Вашему мнению, ситуация на Украине будет развиваться дальше?

(Е. Г.) Что будет дальше? Цель поставлена, средства определены, деньги на это мероприятие отпущены, и Запад требует результатов. Деньги с Запада идут очень большие, и я думаю, что оппозиция добьется того, чтобы их оправдать. Напомним ставшую уже знаменитой фразу, произнесенную в Америке, что США признают выборы демократичными только в том случае, если победит Ющенко. Вот именно этого результата и следует ожидать. Мне очень жаль, что, хотя этот процесс и прогнозировался, у нас очень мало было сделано для того, чтобы переломить ситуацию.

(С. П.) В случае если оппозиция все-таки добьется своего результата, как Вы полагаете, возможен ли раскол страны, возможно ли противодействие «оранжевой революции» со стороны пророссийского юго-востока Украины?

(Е. Г.) Я думаю, что до раскола, конечно, не дойдет, потому что раскол предполагает серьезные формы борьбы, прежде всего, вооруженное столкновение, на что, мне кажется, сегодня не готова ни одна сторона. И дальше существует методика, которая это все предотвратит. В частности, на Западе очень легко пойдут на признание результатов выборов, даже если они будут еще не объявлены, затем будет признание со стороны крупных международных организаций, выборы признают легитимными, и предложат свою помощь в урегулировании конфликта. Очень опасно было бы привлечение международных организаций для урегулирования процессов на Украине, для согласования позиций сторон. Потому что когда международные организации входят в переговорный процесс, они из него уже не выходят, они уже начинают этим процессом руководить и его регулировать. Думается, что в дальнейшем присутствие международных организаций будет только усиливаться.

(С. П.) И они заблокируют, тем самым, все попытки противодействия на востоке?

(Е. Г.) Да, и будет реализован или затягивающийся вариант переговорного процесса, или вариант определенной угрозы.

(С. П.) То есть то, что происходило в Косове?

(Е. Г.) Да, то, что мы видим в Косове. Я не думаю, что сейчас на Украине дойдет до протектората, что осуществлено на Балканах, потому что там было очень сильное сопротивление, здесь такого сопротивления не будет, поэтому просто применят определенную методику, которая позволит перекрыть этот процесс. Другое дело — позиция России. Здесь уже нужно быть очень осторожными, не с точки зрения вхождения в политическую борьбу, а с точки зрения прогнозирования перспектив развития ситуации.

(С. П.) Как Вы оцениваете те действия, которые были предприняты российской стороной — ставка в ходе предвыборной кампании на Януковича, явная поддержка Президентом Путиным победы этого кандидата в результате итогов второго тура, а затем, при развитии кризиса, некое, как бы, отыгрывание ситуации в другую сторону…

(Е. Г.) С точки зрения отыгрывания, все нормально, потому что, раз не получилось, нужно как-то из этой ситуации выходить. Главное то, что впервые на постсоветском пространстве и на пространстве, которое можно обозначить как сферу национальных интересов России, наша страна каким-то образом проявила свой интерес. Другое дело, что очень неумело. Ну, что же, надо учиться.

(С. П.) Но, как Вы полагаете, несмотря на все несовершенство этой попытки, это — тенденция, которая в дальнейшем будет усиливаться?

(Е. Г.) Дело в том, что у любого нормального государства должны быть четко определенные цели, должно быть понимание того, чего оно желает достичь в том или ином регионе. У России особенно до 1917 года всегда были четко обозначенные национальные интересы. То есть, была четкая стратегия, связанная с тем, что Россия хочет в тот или иной период своей внешней политики достичь. Когда-то это были интересы на севере, когда-то — на западе, когда-то - на юге… Но такой четкой ориентации с 1991 года не наблюдается. Поэтому, мне кажется, что это было бы нормально, если бы Россия сегодня разработала стратегию, а на основе этой стратегии выработала бы тактику, которая касалась бы определенных регионов. В том числе, и обязательно, на Украине. Ведь у любого нормального государства существуют зоны безопасности, и нашей первой, самой близкой зоной безопасности являются бывшие республики СССР. Это просто непосредственная зона наших интересов, потому что она касается нашей безопасности и целостности государства. Опасной тенденцией является приближение НАТО к нашим границам. Поэтому нужно четко знать, чего мы хотим в Таджикистане, Узбекистане и т. д., какие у нас интересы в Белоруссии, надо ли нам создавать единое государство, или же достаточно обойтись только экономическим сотрудничеством, что мы хотим получить, и что мы не хотим потерять. И когда это все будет определено, то, исходя из этого, можно будет разрабатывать тактику. Пока, судя по событиям на Украине, у нас, как раз, с этим дела обстоят не лучшим образом.

(С. П.) И, в заключение, вопрос о дальнейшем развитии процесса шествия «бархатных революций». Сейчас уже раздаются голоса о том, что постепенно, при сужении кольца вокруг России дело дойдет и до нашей страны. По Вашему мнению, какие страны на очереди, и может ли быть повторение югославского, грузинского, а теперь уже и украинского сценария в самой России?

(Е. Г.) На очереди Белоруссия, это совершено четко просматривается, а потом и Россия. Ведь истинной целью событий на Балканах была Россия. Просто нельзя было начинать работать с Россией, оставляя за спиной наших потенциальных союзников. Поскольку сейчас это вопрос, можно сказать, решенный — в поддержку Росси не выступит никто — то теперь эти процессы можно начинать и в России. Если не будет устраивать власть, если она не будет послушной, если она не будет очень гибкой, то в этом случае будут применяться методики, которые уже опробованы с несговорчивыми народами.

(С. П.) И есть у режиссеров этого процесса шанс добиться желаемого результата в России?

(Е. Г.) Шанс есть, но нельзя оставаться пассивными, предпочтительней играть на опережение.

________
Для «Русь Единая» [www.rusedina.org],
с Гуськовой беседовал Сергей Пантелеев
16 декабрья 2004 г.

-~-~-~-~-~-~-~-~-~-~-~-~
[Translit] [Ангелина]

Опубликовано:
«Русь Единая»
Сокращено:
Нет
Дата:
16.12.2004 г.
Переведено:
Нет

Искать:

Координатор проекта:
Д. Лабан <info@laban.rs>

© 2003–2017 Е. Ю. Гуськова
Все права охраняются.

Страница создана: 2004-12-16
Последняя модификация: 2017-11-25