Начало > Работы > 90-е годы > 2007-01

В. К. Волков о современных событиях на Балканах

Мы знаем, что В. К. Волков — специалист очень широких знаний. Он писал о Болгарии, Хорватии, Сербии, славяно-германских отношениях, внешнеполитических концепциях Германии, Внешней политики Турции и Греции, международных отношениях. И хронологически работы охватывали достаточно большой период: от начала. прошлого века до современности. Вопросы социалистического развития южнославянских стран не занимали слишком большого места в исследованиях Владимира Константиновича до 90-х гг., однако уже в 1991 г. учёный очень внимательно следит за разворачивающимися драматичными событиями на Балканах. Он понимает, что российское общество не готово объективно воспринимать происходящее в Югославии, что не хватает информации, что среди тех, кто пишет о начавшихся войнах, мало специалистов. Владимир Константинович начинает размышлять о кризисе как историк, который хорошо знает историю этих народов, их взаимоотношения. И прежде всего задумывается о причинах кризиса и начинающегося распада Федерации Уже в 1991 г. он публикует в немецком журнале статью об этнократии в посткоммунистическом обществе, в 1992 г. — о возрождении национализма в конце XX века .

Летом 1993 г. В. К. Волков читает серию лекций в США на тему: В«Югославский кризис: причины, развитие, возможные последствияВ». Видимо тогда он осознаёт глубину и масштабность происходящих на Балканах событий, понимает, что эта проблема достойна специального изучения и решает создать в Институте Центр по изучению современного балканского кризиса. К этому времени уже увидели свет два сборника документов о первых годах кризиса, и В. К. Волков одобряет идею начать серьёзное изучение событий на Балканах со сбора и публикации документов, что легло в основу концепции создаваемого тогда Центра. С этого времени сам Владимир Константинович начинает внимательно следить за событиями в Боснии и Герцеговине, Хорватии, СР Югославии, собирать материал, давать интервью, делать комментарии на радио и ТВ, писать в газетах и журналах.

В 1994 г. в журнале В«Новая и новейшая историяВ» появляется знаковая работа Владимира Константиновича В«Трагедия ЮгославииВ», без которой ни один исследователь не может приступить к изучению причин кризиса . По мнению учёного, кризис имеет комплексный, многослойный характер, многообразные причины. Его нельзя рассматривать в отрыве от таких событий, как революции 1989 г. в странах Восточной и Юго-Восточной Европы, как распад В«социалистического лагеряВ» и Советского Союза. Прекрасный В«международникВ», Владимир Константинович обратил внимание на те условия, в которых разразился кризис: радикальное изменение расстановки сил во всём мире, объединение Германии, распад В«социалистического лагеряВ», снижение влияния движения неприсоединения. Переплетение внутриполитических и международных проблем превратило югославский кризис в сложный узел противоречий, нуждавшихся в системном, комплексном анализе. Именно такой анализ и предпринял В. К. Волков в своей статье, написанной, что следует учитывать, в самом начале кризиса, когда ещё было мало документов, когда действия многих актёров драмы были не видны, когда прогнозирование событий практически было невозможным. Владимир Константинович пошёл по пути постановки ключевых вопросов, рассмотрение которых могло выявить исторические корни противоречий, которые в дальнейшем привели к кризису и распаду Федерации. Среди них — была ли Югославия искусственным государством; наследие Тито: В«самоуправленический социализмВ»; кризис государственности и др. [разносторонний]

Характер учёного проявился в очень трудное время: все СМИ писали о кризисе очень односторонне, данных о том, что происходит на Балканах, было мало, официальная позиция (А. В. Козырева) во всех печатных изданиях доминировала. Не зная о некоторых деталях, Владимир Константинович тем не менее совершенно верно расставил актёров событий, выявил причинно-следственную связь и ни разу не погрешил против истины в расстановке акцентов о виновных за конфликт. О войне в Словении он пишет, что это была проба сил, сможет ли союзный центр отстоять границы единого государства и право контроля над ними. В событиях в Хорватии учёный выделяет этническую составляющую, пишет о кровопролитии и антисербских эксцессах. Абсолютно верно Владимир Константинович пишет о той роли ЮНА в хорватской войне, о которой старались не писать — она очень долго старалась разъединить враждующие стороны (сербскую и хорватскую) и не думала о походе на Загреб, о чём постоянно говорила Хорватия, обвиняя армию и Сербию в агрессии. Стратегию хорватских властей он определяет так: В«Отказывая сербскому населению в тех правах, которых добивалась для себя, а затем становясь в позу жертвы сербской агрессии, хорватская сторона многими действиями (блокада казарм, нападения на мелкие подразделения, гонения сербского населения и т.д.) сознательно провоцировала ответную реакцию федеральной армии. Целью таких действий было добиться международного признания Хорватии как независимого государства. Вторым шагом в этом стратегическом замысле являлось использование международного признания как мощного инструмента принуждения, чтобы заставить федеральную армию очистить контролируемую ею территориюВ». О событиях в БиГ учёный пишет как об этническом конфликте, как о В«войне всех против всехВ», выделяя при этом жестокость мусульманских формирований.

Размышляя о причинах событий в Югославии, а также о причинах односторонних оценок в западных средствах массовой информации, В. К. Волков вводит в научный оборот понятие В«этнократические кланыВ» разных республик, которые втянули в свою борьбу за власть, территорию и собственность широкие слои населения, используя националистические идеи как мобилизационные лозунги. Политические центры в республиках и краях начали формироваться ещё в период самоуправления. Именно вокруг этих центров началось формирование этнократических (этнобюрократических) кланов, что для многонациональной Югославии имело далекоидущие последствия. По термином В«этнократияВ» Владимир Константинович предлагает понимать новый общественный слой, элементы которого возникают вследствие коммунистической социальной инженерии и экспериментов в области национальной политики. Национальная партократия комфортно формировалась и развивалась в автономных единицах (республики или области), территориальных по форме и национальных по содержанию, и вела себя как в мононациональных государственных образованиях, оттирая на второй план представителей других народов. Общей чертой всех этнократических кланов является их стремление к национально-авторитарным формам правления, борьба за власть и собственность, за контроль В«своейВ» территории при полном игнорировании и непризнании за другими этносами тех прав, которых она добилась для себя.

Таким образом, Владимир Константинович преподнёс нам урок социальной анатомии посткоммунистических многонациональных обществ. И этот анализ сегодня является базовым при рассмотрении кризиса на территории Югославии, переходит из одной работы в другую — как студенческих, дипломных, так и работ маститых учёных.

Во второй половине 90-х гг. появляется несколько работ В. К. Волкова в сборниках, журналах и газетах, которые связаны с осмыслением происходящего на Балканах с точки зрения интересов международных организаций и геополитических планов великих держав: В«Балканы в системе геополитических интересов РоссииВ», В«СНГ и югославский кризис: исторические и политические параллелиВ», В«Балканский сценарий для РоссииВ», В«Расширение НАТО на Восток и проблема геополитикиВ» .

В 1998-1999 г. В. К. Волков много выступает на радио, телевидении, даёт комментарии, участвует в круглых столах, мечтает сам посмотреть на дело рук НАТО в Югославии и едет в эту страну при первой же возможности. Его позиция ясная и непоколебимая: он называет деяния НАТО агрессией и не отступает от этого даже тогда, когда у нас уже смягчается терминология. Появляются статьи под названиями: В«НАТО стремится изолировать Россию от остальной ЕвропыВ», В«Балканы балканским народамВ», В«Вооружённое вмешательство НАТО может привести к новой мировой войнеВ».

В 2002 г. в журнале В«Новая и новейшая историяВ» публикуется большая (80 стр.) статья Владимира Константиновича под названием В«Новый мировой порядок и балканский кризис 90-х гг.В», в которой он показывает масштабность событий на Балканах и их общественно-политические последствия. На этот раз он препарировал систему международных отношений, и как талантливый и многогранный историк связал в единую схему крушения всех европейских систем международных отношений за последние четыре столетия. Эта теория настолько интересна, что остановимся на ней подробнее.

Первой конкретно-исторической системой международных отношений, возникшей из средневековой раздробленности и свидетельствовавшей о наступлении качественно нового этапа в развитии континента, Владимир Константинович считает систему, заложенную Вестфальским миром 1648 г., подведшим итог Тридцатилетней войне — по сути первой общеевропейской войне. Тогда же возникли основы международного права, нашедшие отражение в знаменитой книге Гуго Гроция В«О праве войны и мираВ» (1625 г.). Эта система, отличавшаяся постоянно менявшимися коалициями, враждовавшими между собой — что и поддерживало систему международного равновесия сил, — просуществовала почти полтора столетия, вплоть до Французской революции XVIII в. и наполеоновских войн.

Рождение второй конкретно-исторической системы международных отношений В. К. Волков связывает с Венским конгрессом 1815 г., завершившим эпоху наполеоновских войн. Тон в ней задавали великие державы того времени — Великобритания, Франция, Россия, Австрийская и Оттоманская империи, позднее — Германия и Италия. В это время дальнейшее развитие получило международное право. Просуществовав почти 100 лет, система привела к складыванию двух противостоявших друг другу альянсов — Антанты и Тройственного союза — и завершилась их конфликтом, вылившимся в мировую войну.

Версальская система, заложенная в 1919 г., стала самой короткой из известных нам — всего 20 лет. Появление новых норм международного права, всемирной универсальной организации — Лиги наций (пусть даже первый опыт оказался неудачным) — все это свидетельствовало о ее своеобразии. Новой чертой явился раскол мира на две противоположные общественно-политические системы — капитализм и социализм — после победы Октябрьской революции в России и образования Советского Союза.

Возникшая после Второй мировой войны новая конкретно-историческая система международных отношений получила название Ялтинско-Потсдамской. Характерной чертой этой системы, появившейся на свет вследствие распада антигитлеровской коалиции, стал раскол мира на два общественно-политических лагеря и, соответственно, на два военно-политических блока — НАТО и Организацию Варшавского договора. Эта система просуществовала немногим более четырех десятилетий. Впервые в истории она прекратила свое существование не вследствие глобального конфликта, а в результате распада одного из полюсов, определявших ее развитие и функционирование. Это произошло в 1989-1991 гг. По мнению учёного, В«Мирный характерВ» распада старой системы привел к замедленному, растянутому во времени становлению новой системы международных отношений, вскоре названной В«новым мировым порядкомВ». Он и стал пятой системой, известной в истории Европы и мира. Новая система вскоре проявила свои собственные черты, отличающиеся от черт предшествовавшей эпохи.

Становление В«нового мирового порядкаВ» с самого начала проходило в обстановке резкого нарушения баланса сил в мире. В. К. Волков полагал, что в ходе развития югославского кризиса, переросшего потом в международный кризис на Балканах, на поверхность стали выходить малопривлекательные черты В«нового мирового порядкаВ».

Владимир Константинович в статье серьёзное внимание уделяет внешнему фактору в кризисе, даёт оценку деятельности международных организаций. В«Первые же сведения о кровопролитии в Югославии привели к интернационализации внутриполитического конфликта. Создавалось впечатление, что многие международные организации как будто ждали подходящего повода, чтобы проявить инициативу. Было естественным ожидать действий со стороны СБСЕ, которое создало в начале июля 1991 г. специальную комиссию по Югославии. Но эта комиссия не смогла проявить себя, хотя проблема входила именно в ее компетенцию. Она вскоре была оттерта на второй план действиями Европейского Союза (ЕС), давно уже следившего за развитием событий и принимавшего различные декларации. ЕС проявил огромную активность. Им была направлена специальная В«тройкаВ» европейских министров с целью посредничества между федеральным центром и мятежными республиками и сразу же принято решение о прекращении экономической помощи Югославии — т.е. на практике все тем же федеральным органам. Действия этой организации с первых же шагов приняли однобокий антиюгославский и антисербский характер. Такой же характер приобрела и развернувшаяся в западной прессе мощная пропагандистская кампания, вскоре переросшая в настоящую информационно-психологическую войну. Одновременно становилось ясно, что СБСЕ постепенно оттирается на обочину событий и начинает терять свой былой авторитетВ».

В. К. Волков сделал интересные выводы, наблюдая за синхронизацией действий международных организаций и политическими процессами, протекавшими в Советском Союзе. Их действия были сравнительно умеренными до провала попытки путча в СССР 19-21 августа 1991 г. После этого, в ходе начавшегося развала СССР и по мере его нарастания, они стали более решительными. Это сразу же отразилось в решении ЕС, принятом в начале сентября 1991 г., о созыве постоянной Международной конференции по Югославии и наделении ее арбитражными функциями. Деятельность этой конференции под руководством лорда Каррингтона, а также ее арбитражной комиссии нашла отражение в подготовке предложений о разрешении югославского кризиса. Все четыре варианта, представленные конференцией в течение осени 1991 г., поощряли сепаратистскую линию республик, решивших отколоться от югославской федерации, особенно Словении и Хорватии, и играли деструктивную роль по отношению к югославской государственности, причем с заметно возраставшей раз от раза антисербской направленностью. Такие утверждения были достаточно смелыми — в российской историографии об этом писать не было принято.

Одной из тем, которую В. К. Волков постоянно прослеживал в своих работах, была позиция России в балканском кризисе. По его м нению, на ней лежала значительная доля вины именно за такой поворот событий в этом регионе. Период А.Козырева во внешней политике он называл периодом В«инфантильной эйфорииВ» и объяснял это так: В«Если во внутренней политике Ельцин стремился быть и во многом был антиподом Горбачева, то во внешней политике он будто соревновался с ним в снискании расположения западных держав и особенно США. Козырев неоднократно и в разных вариациях подчеркивал, что главной целью российской дипломатии является поддержание взаимодействия и диалога с НАТО. Российский МИД избегал всего, что могло бы хоть отчасти омрачить его В«медовый месяцВ», растянувшийся на годы, в отношениях с Западом, хотя последний последовательно гнул свою линию. В конце концов такой курс обернулся крупными потерями для международного положения России, ущемлением ее национальных интересов и сказался на общей структуре международных отношенийВ». Причём, Владимир Константинович не просто констатировал, но обязательно обосновывал свои выводы большим количеством фактов из внешнеполитической активности российской дипломатии.

Важной темой статьи стала деятельность НАТО. В ней В. К. Волков не отступил от своих принципов. Анализ деятельности этой организации на Балканах он связал с её ролью в Европе и мире, планами расширения и подводит к В«угрозе международному положению РоссииВ». Российская дипломатия в лице своего главы Козырева заняла соглашательскую позицию, подчеркивает учёный. В очередной раз было упущено время, а вместе с ним и возможность противодействовать негативным тенденциям в международных отношениях. К таким тенденциям он относит сокращение суверенитета отдельных государств, делегирование его части либо международным организациям, либо межгосударственным объединениям и экономическим и военно-политическим блокам, угроза вмешательства во внутренние дела отдельных государств. Балканы учёный видит как международную лабораторию новых политических технологий.

И ещё очень важный вывод. В. К. Волков не считает события на Балканах случайностью. Именно в период В«нового мирового порядкаВ» события развивались по заранее намеченным и тщательно разработанным планам. Будущим историкам, можно надеяться, лет через 50 представится возможность ознакомиться с документами по реализации таких планов, по крайней мере частично. Но даже не имея на руках всех документов, В. К. Волков смог заметить и вычислить расхождение публичных деклараций и реального содержания предпринимаемых шагов.

Совершенно точно расставил учёный и акценты в событиях 1999 г. то, чему подверглась Югославия, он называет вооруженной агрессией извне со стороны террористической организации албанских радикальных националистов и НАТО. При этом новый мировой порядок вместо того чтобы взять под защиту жертву агрессии или хотя бы оказать ей моральную поддержку, В«международное сообществоВ» в лице западных держав ополчилось против Югославии. Фактически ей отказывали в праве на защиту.


Таким образом, В. К. Волков, обратившись к изучению балканского кризиса, проявил себя не только как знающий и многосторонний историк, но и как мужественный человек, поскольку говорить правду в то время было трудно. Не слушали. Не слышали. Его гражданская позиция была активной, и по-балкански воинствующей. Он мгновенно загорался, когда узнавал об информационной лжи, никогда не отказывался от интервью, ставил свои подписи под петициями, письмами и заявлениями, когда они отражали объективную реальность и могли исправить ситуацию. В. К. Волков во всех своих работах не отступал от критики политики двойных стандартов международных организаций, всегда подчёркивал антисербскую направленность их действий. Он предупреждал руководство нашей страны об истинных намерениях НАТО и США в Европе, а также и в мире. И предлагал отдать Балканы — балканским народам, которые сами должны решать свою судьбу.

Доктор исторических наук
Гуськова Елена Юрьевна

________
Выступление на международной научной конференции в рамках Дней славянской культуры и письменности в Москве. 30 мая 2006 г. Опубликовано: Славянский мир в третьем тысячелетии. — М., 2007. — С. 19-26.